Чем слушают сердцебиение врачи

Чем слушают сердцебиение врачи

Русский язык постоянно пополняется новыми словами и терминами. Некоторые из них быстро забываются, так и не получив широкого распространения, особенно если предмет, названный новым словом, быстро выходит из обихода. Что касается предмета, который в народе любят называть «слушалкой», то он, пожалуй, вряд ли перестанет использоваться, но вот название его не столь простое и запоминающееся, возможно, поэтому этот медицинский прибор люди предпочитают называть тем словом, которое первое приходит на ум. Но какое всё-таки реальное название у этой незамысловатой штуки? Как называется слушалка у врача?

Итак, современная «слушалка» у врача называется стетофонендоскопом. Есть и более ранние варианты этого незаменимого помощника врача, но они имели другое строение и другие формы. До стетофонендоскопа были стетоскоп и фонендоскоп.

Стетоскоп создал в 1816 году французский врач Рене Лаэннек, основатель научной диагностики (главный труд изобретателя и врача: «De l’auscultation mediate», 1819 год).

Ранее сердце врачи слушали, просто прикладывая ухо к груди пациента. Лаэннек попробовал использовать для этих целей свёрнутые листы бумаги, так он заметил неоспоримые преимущества прослушивания сердечного ритма «не напрямую». Позднее стетоскоп изменялся и усовершенствовался, но принцип и физика стетоскопа остались неизменными.

Фонендоскоп, появившийся позднее, имел натянутую мембрану для усиления звука. Название фонендоскопу дал Николай Сергеевич Коротков.

Сегодня врачи пользуются так называемым стетофонендоскопом, одна его сторона оснащена фонендоскопом с мембраной, а другая – стетоскопом без мембраны.

Вместе со статьёй «Как называется слушалка у врача?» читают:

  • العربية
  • Русский
  • Nederlands
  • Frysk
  • English (US)
  • Polski
  • Türkçe
  • Deutsch
  • Français (France)
  • Español
  • Português (Brasil)
  • إنشاء حساب في فيسبوك
  • تسجيل الدخول
  • Messenger
  • Facebook Lite
  • Watch
  • الأشخاص
  • الصفحات
  • فئات الصفحات
  • الأماكن
  • الألعاب
  • المواقع
  • Marketplace
  • Facebook Pay
  • المجموعات
  • Oculus
  • Portal
  • Instagram
  • محلية
  • حملات جمع التبرعات
  • الخدمات
  • حول فيسبوك
  • إنشاء إعلان
  • إنشاء صفحة
  • المطوّرون
  • الوظائف
  • الخصوصية
  • ملفات تعريف الارتباط
  • Ad Choices
  • الشروط
  • مساعدة
  • الإعدادات
  • سجل النشاطات

Эту историю нам прислала наша подписчица, личная трагедия которой не оставила нас равнодушными. Эта женщина пережила, пожалуй, самое тяжелое горе, которое можно себе представить – смерть собственного ребенка, к тому же, нерожденного. Причем, по мнению как самой женщины, так и сторонних экспертов (врача неонатолога и врача акушера-гинеколога), виной трагедии стали действия (а точнее – бездействие) наших никопольских врачей.
Мы не называем имен (кто в курсе – те знают, а кто не в курсе – личные данные им ни к чему), приводим текст таким, какой он есть.
Цель этой статьи – проинформировать и предостеречь других женщин в похожей ситуации, помочь взять на себя необходимую ответственность и, возможно, спасти жизнь.

«… В конце апреля подходил срок моих родов. Беременность была абсолютно благополучной, ни одной жалобы, все анализы были не то что в пределах нормы – они были отличными, образцово-показательными. Я хорошо себя чувствовала и готовилась стать мамой второй раз. Ничто не предвещало беды, но к сороковой неделе появились показания к тому, чтобы стимулировать роды. На осмотре в 40 недель моя врач-гинеколог рекомендовала срочно сделать УЗИ, т.к. ребенок был крупным, и она предположила маловодие – а это значит, ребенок страдает и может недополучать кислород. Я сделала УЗИ, по результатам которого мне было рекомендовано срочное родоразрешение (маловодие+крупный плод). Сердцебиение плода было нормальным. Приехав с УЗИ к своему врачу, она написала мне направление в роддом с той же рекомендацией.
В хорошем настроении и уверенностью в скорой встрече со своим малышом, я отправилась в приемное отделение никопольского родильного дома.
Там меня приняли спокойно, направление и результаты УЗИ никого не насторожили, и неожиданно меня отправляют в отделение патологии беременности, не желая никаким образом стимулировать родовую деятельность. Послушав сердцебиение плода, врач, принимавшая меня (по полученной мною информации – интерн), сказала, что все в порядке, ждите, утром будет видно. Мне был выдан листок для регистрации шевелений ребенка, и я осталась один на один со своими переживаниями. Был вечер, я ощущала шевеления малыша, все было вроде бы нормально и ночью я уснула в уверенности, что уж завтра то точно стану дважды мамой. Хотя внутри я ощущала это неясное чувство тревоги, но упорно гнала от себя прочь плохие мысли. Ведь врачи сказали – все хорошо, ждем…
Проснувшись утром я не ощущала шевелений ребенка. Почти сразу же как я проснулась, на обход пришла другая врач и начала слушать сердцебиение плода. По ее изменившемуся лицу я поняла, что что-то не так. Она не слышала ничего. Меня срочно отправляют на УЗИ-доплер и там я слышу вердикт: «Остановилось сердечко. Такое бывает».
В шоке и истерике я пытаюсь дойти до палаты, но ноги не слушаются и я просто реву навзрыд, сидя на лестнице, пытаясь осознать весь ужас ситуации. В ответ слышу «Чего ты орешь? Сейчас нам всех рожениц испугаешь». Простите, а как я могла себя вести? Ответить «окей, с кем не бывает»?. Это – моя трагедия, мое личное горе. И я не услышала ни одного слова поддержки, ничего. В приказном порядке меня отправляют … в Днепр. Почему я не могла родить своего уже мертвого ребенка в Никополе? Чтобы не портить статистику.
В Днепре отношение было совсем другим. Спокойные, уравновешенные врачи, отнесшиеся к моему горю как к своему собственному. Поддержка, которой мне так недоставало. Недоумение от бездействия их никопольских коллег. Добрые слова, на которые были так скупы врачи в моем городе…
… После рождения своего долгожданного, но уже неживого мальчика, я долгое время находилась в депрессии, работала с психологом. Получила результаты исследований, которые подтвердили антенатальную (внутриутробную) смерть плода вследствие гипоксии. Только представьте: если бы в день поступления в никопольский роддом мне бы простимулировали роды, или сделали бы кесарево сечение, сейчас я бы не писала эти строки, а кормила грудью своего сына. И мир вокруг не казался бы мне опасным, враждебным и безразличным.
Почему смена, принимавшая меня, не насторожилась, не последовала рекомендациям моего врача, заключению и рекомендациям узиста? Почему меня просто оставили ждать, понимая (а врачи не могли этого не понять, иначе это большой мой вопрос к их компетентности!), что каждый час отсрочки – это риск. У меня никогда не будет ответов, и я полагаю, после консультаций с врачами в Днепре и Киеве, что наши, местные акушеры-гинекологи просто понадеялись на «авось», проявили ту самую халатность, работали «спустя рукава», ожидая непонятно чего… Возможно, если бы я заранее позаботилась о том, чтобы родить в Днепре, Кривом Роге, или Запорожье, — мой ребенок был бы жив.
Я уже никогда не узнаю ответ. Но что я знаю точно: я никогда и никому не порекомендую рожать в Никополе. Если есть возможность, если (тем более!) у вас есть проблемы во время беременности, или развиваются какие-то осложнения и угрожающие состояния на последних неделях – не жалейте денег, времени и сил. Ищите возможности, поезжайте в Днепр, консультируйтесь. Доверяйте своей интуиции, не стесняйтесь спрашивать, настаивать, а иногда – и требовать. Если вы чувствуете, что что-то не так, если вы не уверены – не доверяйтесь слепо, как это сделала я, посчитав, что «они врачи – им лучше знать». Нет, не лучше, не всегда.
Возможно, нам следовало бы больше вкладывать денег не в ремонт помещений роддома, а в «ремонт» знаний в головах врачей? Организовывать для них встречи с более опытными коллегами, отправлять на конференции, мастерские, которые проводятся как в Украине, так и за рубежом? Ведь улучшив условия пребывания внешне, отремонтировав фасад и помещение, персонал, их подход, знания и врачебное чутье остались теми же, что и раньше…
После всего, через что мне довелось пройти, я познакомилась со многими женщинами, которые чуть не потеряли детей, или потеряли их, как я, в нашем никопольском роддоме. Большинство из них не говорят о своей беде. Кто-то пытался доказать вину медперсонала, но их обменные карты и истории болезни почему-то вдруг чудесным образом то исчезали, то оказывались переписанными… Доказать вину врача в Украине сейчас – практически невозможно. Поэтому все, что нам остается – заниматься самообразованием, интересоваться своим здоровьем, делать копии всех своих медицинских документов – дай Бог, не пригодится.
Но предупрежден – значит вооружен.
Хочу пожелать всем молодым мамам и тем, кто готовится ими стать: пусть нам встречаются только доктора – профессионалы своего дела. Пусть все наши дети будут рождены в срок. Пусть они будут здоровы и счастливы. Ведь когда все хорошо у малышей – то все автоматически хорошо и у родителей…»

Читайте также:  Препарат intoxic реальные отзывы врачей

Любите задавать вопросы типа «для чего человеку селезенка» или «как работают лекарства от рака»? Я знаю ответы и умею их доступно излагать — заходите, читайте, а будет настроение — спрашивайте.

среда, 23 сентября 2009 г.

«Трубка врача, чтобы слушать» — как тем ее (стетоскоп? фонендоскоп?)

Та штуковина, что висит у врача на шее, ну которой он еще легкие слушает… Как она там называется?

Такой вопрос задают часто. Порой, вопрошающие даже сами находят ответ, и не часто правильный. Как ни странно, но в названиях нехитрого инструмента нередко путаются и сами врачи. Давайте разберемся.

Существует два вида «врачебных трубок»: стетоскоп и фонендоскоп. Вот их то и путают обыватели и медики.

Стетоскоп – более «древнее» изобретение. Легенда гласит, что изобрел его пару столетий назад доктор, вызванный на прием к светской даме и испытавший серьезные затруднения в связи с необходимостью прослушать ее сердце (единственный, существовавший тогда способ требовал от доктора прильнуть ухом к дамской груди). Вышел из положения медик довольно просто – свернул трубочкой подвернувшийся журнал и прослушал сердцебиение через него. Так появился первый стетоскоп. Важно помнить, что и тогда и сейчас стетоскоп представлял и представляет собой простую трубку (помните, чем прослушивал больных зверей в мультике доктор Айболит? – это был стетоскоп!). В этом его отличие от фонендоскопа.

Фонендоскоп предполагает наличие мембраны, тонкой пленки, затягивающей раструб. При аускультации (прослушивании больного), мембрана резонирует, и тем самым усиливает шумы в «трубке», облегчая доктору восприятие. Современный фонендоскоп – это та самая классическая «трубка», которую мы привыкли видеть у доктора на шее (резиновый шланг, металлический раструб и мембрана). Кстати, вопреки кинематографу и фотографии выше, ни один здравомыслящий врач не пойдет с фонендоскопом его на операцию.

Читайте также:  Крестор стоимость препарата

Еще один нюанс заключается в том, что самое широкое распространение получили стето-фонендоскопы. Внешне они практически идентичны фонендоскопу, но их раструб имеет две стороны (одна с мембраной, другая без). Поворачивая его, доктор может выбрать «режим прослушивания». Тем не менее, чтобы не путать себя и окружающих в обиходе закрепилось называть все что резиновое с раструбом и вешается на плечи – словом фонендоскоп, а то что маленькая трубочка и носится в кармане а-ля Айболит – стетоскоп.

В подавляющем большинстве случаев «фонендоскоп» — удобнее и практичнее . Он дает доктору большую свободу и позволяет вести исследование более точно.

Есть, правда, одно исключение. Существует область, благодаря которой стетоскопы так и не вышли из употребления. Это – акушерство, а конкретней – прослушивание плода.
Как ни странно, наилучшим (кроме аппаратных) способом услышать сердцебиение ребенка в утробе матери считается припасть ухом к животу, а в качестве корректной альтернативы – использовать «трубку Айболита». Новомодный «фонендоскоп» (несмотря на наличие разных режимов поворота раструба) тут бесполезен. Нужно или «ухо», или простая длинная трубка.

Сказывается особенность прохождения звука через множество «сред раздела» (т.е. многочисленные внутренние преграды, которые преодолевают шумы от сердца малыша) и специфику проведения звука наружу, через пульсацию кожи мамы.

Причем используя ухо или стетоскоп нужно не просто приставить его к животу мамы, а буквально «присосаться», расположив раструб или ушную раковину абсолютно ровно и плотно к поверхности кожи, создав возможность для вибрации замкнутого ухом (и/или стетоскопом) столба воздуха.

Вот такие нюансы. Теперь вы знаете, почему Айболит слушал всех зверей стетоскопом (или дело было слишком давно, или доктор был акушером и других инструментов при себе не держал).

Ссылка на основную публикацию
Чем свести бородавки на руках
Данная статья содержит информацию о бородавках и папилломах на любых частях тела, кроме половых органов. Для получения информации о бородавках...
Чем полезен свежевыжатый тыквенный сок
Одним из самых здоровых напитков является тыквенный сок, польза и вред которого обусловлены богатым элементным составом. Тыквенный сок может конкурировать...
Чем полезен сок красной свеклы для организма
Недавно мы обсуждали пользу и вред свеклы. А на этот раз поговорим поподробнее про свекольный сок. В отличие от своего...
Чем слушают больных врачи
Любите задавать вопросы типа "для чего человеку селезенка" или "как работают лекарства от рака"? Я знаю ответы и умею их...
Adblock detector